a0e5f217

Гинзберг Аллен - Стихи В Переводах Михаила Гунина



Аллен Гинзберг
Стихи в переводах Михаила Гунина
ЗЛАТОЦВЕТ
О дорогая милая роза
недоступное желание
...как жаль, никак
не изменить безумный
культурный златоцвет,
доступную реальность...
и листья эпидермы
ужасают - как вдохновлены
они так лгать, лежа
в гостиной пьяными, нагими
и мечтая в отсутствии
электричества...
снова и снова пожирая тощий корень
златоцвета,
унылая судьба...
собрание поколения
на цветастом ложе
как на берегу в Ардене -
сейчас моя единственная роза -
радость собственной наготы.
Осень 1953
ПЕСНЯ
Бремя мира -
любовь.
Под ношей
одиночества,
под ношей
недовольства
бремя,
бремя, что несем мы -
любовь.
Кто отрицает?
Во сне
она касается
тела,
в мыслях
сооружает
чудо,
в фантазиях
страдает,
пока не рождена
в человеке -
смотрит из сердца,
горит непорочно -
ведь бремя жизни -
любовь,
но мы несем это бремя
устало,
и должны найти покой
в объятьях любви,
в конце концов,
найти покой
в объятьях любви
Нет покоя
без любви,
нет сна
без сновидений
о любви -
безумствуй или будь холодным,
преследуемым ангелами
или машинами,
последнее желание -
любовь
- не может быть горьким,
нельзя отрицать
и невозможно скрыть
при отрицании:
груз слишком тяжел
- нужно отдать
безвозвратно,
как мысль,
пришедшую
в одиночестве,
во всем блеске
ее излишества.
Теплые тела
сияют вместе
в темноте,
рука движется
к центру
плоти,
кожа трепещет
от счастья,
и душа радостно
приходит в глаза -
да, да,
вот чего
я хотел,
я всегда хотел,
я всегда хотел
вернуться
в тело,
где я был рожден.
Сан-Хосе, 1954
ХАЙКУ
Пью свой чай
Без сахара -
Безразлично.
Воробей гадит
вверх ногами
- а! мой мозг и яйца.
Голова Майя тиха
На древесном стволе
- Однажды стану жить в Нью-Йорке.
Оглядываюсь через плечо -
мой зад укрыт
вишневыми цветами.
Зимнее хайку
Я не знал имен
цветов - теперь
мой сад исчез.
Я хлопнул комара
и промахнулся.
Что заставило меня?
Читая хайку,
я несчастлив
в тоске по Безымянному.
Лягушка плавает
в аптечной банке:
летний дождь на серых мостовых.
Cтою на балконе
в одних трусах;
свет фар под дождем.
Прошел еще
один год -
мир не изменился.
Первое, что я искал
в моем старом саду -
Вишневое Дерево.
Мой старый стол:
первое, что я искал
в моем доме.
Мой старый дневник:
первое, что я нашел
в моем старом столе.
Дух моей матери:
первое, что я нашел
в гостиной.
Я кончил бриться,
но глаза, смотревшие на меня,
остались в зеркале.
Безумец
выходит из кинотеатра:
улица в обеденный перерыв.
Города парней
в своих могилах,
и в этом городе...
Лежу на боку
в пустоте:
Дышу через нос.
На пятнадцатом этаже
Пес обгладывает кость -
Визг шин такси.
Эрекция в Нью-Йорке,
мальчик
В Сан-Франциско.
Луна над крышей,
черви в саду.
Я снимаю этот дом.
Беркли, 1955
29 ФЕВРАЛЯ 1958
Прошлой ночью мне снился Т. С. Элиот
он звал меня с собою в царство грез
Кровати диваны туман над Англией
Чай в его доме радуга в Челси
Шторы на окнах, дым поднимается
вверх по трубе, а в тихом и теплом доме
невероятно милый крючконосый
Элиот любил меня, приютил меня,
предложил лечь на диван и поспать,
был очень вежлив и слушал серьезно
спросил мое мнение о Маяковском
я читал ему Корсо Крили Керуака
советовал Берроуза Олсона Ханке
бородатая леди в зоопарке
мудрая пума в Мехико Сити
шестеро мальчиков из хора в Занзибаре
измученно пели на разных языках
суахили и пульсирующий ритм
Ма Рэйни и Рэйчел Линдсей.
На Королевском острове
мы вели долгую вечернюю беседу



Назад